Dr. Z (d0ctor_z) wrote,
Dr. Z
d0ctor_z

Categories:

О прогрессе и сложности

Сложность - понятие широкое (чуть не написал сложное - а что поделать!) и многогранное. Строгого научного определения сложности нет, поэтому порассуждаем в рамках общего понимания: сложный - состоящий из нескольких частей, многообразный по составу частей и связей между ними (данное определение взято из толкового словаря Ожегова, но все словарные определения, в том числе и англоязычные для прилагательного 'complex', очень схожи по смыслу). Соответственно, уровень сложности определяется числом и разнообразием частей и связей. Я не буду затрагивать узкоспециальные (хотя и очень интересные) темы, такие как вычислительная сложность (а заодно калькуляционный аргумент и планирование) - это отдельная тема. С другой стороны, Брайан Керриган, соавтор знаменитого руководства "Язык программирования Си", как-то сказал, что сущностью компьютерного программирования является управление сложностью. Так что можете не сомневаться - программисты кое-что знают о сложности.

Уровнем сложности можно, кроме всего прочего, охарактеризовать общества, или социальные системы.

Первобытное общество устроено относительно просто. Размер системы мал, разделения труда (почти) нет, товарного производства и обмена нет, набор взаимодействий между людьми очень ограничен (к тому же из-за размеров групп все знают всех), общественные структуры по той же причине весьма просты.

Тут стоит сделать отступление. Первобытное общество простое по сравнению с последующими формациями, но оно состоит из сложнейших элементов - людей, существ с самым сложно устроенным мозгом из всех нам известных. Биологическая эволюция тоже шла (естественно, вслепую, никакого целеполагания здесь нет) по пути постепенного нарастания сложности. Сначала - прокариоты. Интересно, что уже на этом этапе делается попытка увеличения сложности за счет образования колоний (многоклеточность у прокариот так и не возникла). Эукариотам открылись два пути, объединение в колонии и многоклеточность. Потом - их сочетание, например, общественные насекомые.

Но социальная организация у животных (для педантов-биологов - кроме человека) проще, чем у людей. С мной могут, конечно, поспорить и сказать, что эусоциальность общественных насекомых - высший уровень социальной организации. Но: социальные структуры эусоциальных животных жестко фиксированы и являются очередным локальными максимумами эволюционной приспособленности, они не способны развиться во что-то новое. Преодолеть опасность застревания в локальном максимуме можно только качественным переходом, для которого нужен разум.

Разум - абсолютное и последнее оружие эволюции путем естественного отбора. С его появлением (а есть сильное подозрение, что оно возможно только у общественных существ) начинается эволюция общественных систем. (Естественно, с появлением разума эволюция путем естественного отбора не прекратилась сразу. На протяжении большей части существования вида Homo sapiens она продолжалась, но со времени, по крайней мере, промышленной революции, она просто не может работать - условия среды по сравнению с временем, требуемым для работы естественного отбора у существ с такой частотой смены поколений, как у людей, меняются слишком быстро.) Можно сказать, что человеческий разум - это предел сложности, достижимый эволюционным развитием отдельных организмов в условиях планеты Земля.

С его появлением появляются общества, способные к прогрессу согласно своим, внутренне присущим законам. Это - новый уровень развития сложности. Не первый и, возможно, не последний. Уровней много - предыдущим был уровень отдельных живых организмов. Но и жизнь, разумеется, не самый низший или первый уровень. Появление жизни (и эволюции, как ее непременного признака) само по себе стало одинм из качественных переходов на новый уровень. Эукариоты, многоклеточные, разум - тоже качественные скачки, но, полагаю, в пределах одного "уровня", хотя как "изменения парадигмы" они, вместе с другими технологическими и дотехнологическими ключевыми точками, укладываются на прямую в логарифмических координатах. (На график по ссылке стоит посмотреть. Я подозреваю, что его вид вовсе не случаен и на глубинном уровне связан с темой моего эссе, но попытка разобраться в настолько общих закономерностях выходит за его рамки.)

Вернемся к общественно-экономическим формациям. Аграрные классовые формации, рабовладельческое общество и феодализм, сложнее первобытной. Есть классы, разделение труда, достаточно сложные общественные институты, включая государство. Но основа основ, производство, обладает относительно короткими цепочками взаимодействий. Да, торговцы везут некоторые товары (включая, возможно, некоторое сырье) из других стран, но большая часть производства, в особенности сельское хозяйство, локальна - преобладает натуральное хозяйство.

Промышленная революция меняет все. Капитализм значительно сложнее, на этапе империализма - тем более. Производственные цепочки намного усложняются и удлиняются, пересекая границы стран. Рабочая сила массово мигрирует (раньше поколения крестьян могли жить в одной деревне и не видеть ничего за пределами соседних селений). Товары продаются по всему свету (не только сейчас, такое было уже в XIX веке). Капитал вообще не знает границ. Место натурального хозяйства занимает товарное производство, организовать которое гораздо сложнее. Если на заре промышленной революции можно было создавать совершенно новые продукты в небольших мастерских и делать научные открытия в одиночку, используя подручную, а то и самодельную аппаратуру, то уже в XX веке подобное постепенно стало неосуществимо. ("Гаражные" компьютеры, например, невозможны без развитой микроэлектронной промышленности, которую невозможно поместить в рамки подсобной мастерской.)

Здесь стоит сказать об особой категории мечтателей - ретроградах, которым не нравится современный капитализм, но которые ни в коем случае не хотят отказываться от частной собственности. Собственно, об их желании решить основное противоречие капитализма путем уничтожения общественного характера труда и возврата, практически, к простому товарному производству догадался еще Каутский в 1886 году (я подробно уже писал об этом). Одним из характернейших представителей выступает Александр Розов (alex_rozoff) с его "трансутопией" под названием Меганезия. Иногда под гремучую смесь мелкобуржуазных страхов и анархизма даже подводится научное обоснование - якобы "нормальными" являются только системы с числом связей, не превышающим ограничение на количество постоянных социальных связей индивидуумов у стадных приматов (число Данбара). Здесь можно только заметить, что управлять сложностью люди научились задолго до того, как изобрели вычислительные машины и стали писать программы.

Помнится, давным-давно, когда я интересовался технократией в узком смысле (Technocracy movement), на одном из англоязычных форумов подобных ретроградов сравнили с хоббитами. Действительно, некоторое сходство есть, хотя маленькие зелененькие садики и фермочки с практически натуральным хозяйством - скорее тоска Профессора по старой доброй доиндустриальной Англии даже не начала XIX века, а более ранней, а машины Сарумана - все та же промышленная революция.

Впрочем, ретрограды прямо-таки невероятно дремучие, призывающие к возврату в доиндустриальные времена, тоже встречаются, хотя это скорее забавное исключение: товарищ noldo_ecthelion дал ссылку на потрясающий образец середины XX века. Подозреваю, что провозглашенного "совестью нации" нобелевского лауреата следует поместить туда же, в область зашкаливающего реакционерства и мракобесия (характеристика "она правее царей" вполне верна). Даже "Победители" Чудиновой, судя по отзывам, не настолько антипрогрессивны (нет, сам я не читал роман, поэтому могу ошибаться).

Левые ретрограды сохранения частной собственности обычно не требуют (бывает, конечно, и такое, но вопрос в том, можно ли тогда называть их левыми), но некоторые из них, похоже, считают СССР времен Сталина вершиной социального, технического и научного прогресса, после которого ничего создано/разрабтано/открыто не было (ярчайший пример - группа под названием "Прорыв"). Можно только им напомнить, что критерием истины является практика, а многие "идеалистические" открытия, от общей теории относительности до квантовой механики, имеют гигантское число экспериментальных подтверждений и немало случаев практического использования, доступного если не всем жителям Земли, то уж всем гражданам развитых стран - точно.

Главная же вывод, напрашивающийся с учетом всего вышенаписанного - следующая за капитализмом формация еще сложнее. Плановая экономика в масштабах планеты (в перспективе - в масштабах Солнечной системы), позволяющая с легкостью выстраивать еще более сложные и длинные производственные цепочки. Автоматизированные и роботизированные заводы, превосходящие по масштабам производства крупнейших ТНК. Автоматизированное и роботизированное сельское хозяйство (нет больше разницы между городом и деревней!). Транспортные сети, доступные всем, и охватывающие всю Землю (в перспективе - не только ее). Никаких самостоятельных мелких производителей, никаких "хоббитов" в пасторальных деревеньках - в таких условиях это совершеннейшая нелепица.

Попробуйте представить производство очень распространенной уже сейчас вещи - смартфона. Нужны фабрики микропроцессоров, которые стоят по современным ценам миллиарды долларов, а число гигантских корпораций, обладающих подобными производствами, можно пересчитать по пальцам. ЖК и OLED дисплеи немногим проще. В качестве сырья нужны не только кремний, медь, алюминий и сталь, но и куда более редкие металлы, руды которых (например, хорошо известный колтан) добываются за многие тысячи километров от производства радиокомпонентов. И так далее. Сложность и масштабы технологических взаимодействий поражают. Полный цикл производства неосуществим не то что "в гараже", а не на всяком континенте! А при коммунизме эти циклы будут еще сложнее. (Кстати, невозможность представить осуществление действительно крупных проектов у либертарианцев/анкаповцев и близких к ним по убеждениям проскальзывает.)

Так что можете не надеяться на то, что следующая за капитализмом система будет отличаться более простыми связями и взаимодействиями. Нет, сложность в процессе развития может только расти. Проще не будет.

Что интересно, для управления и координации этой системе потребуется общественный механизм управления, который заменит соответствующие функции государства (буржуазное разбивается вдребезги, а государство диктатуры пролетариата отмирает) и, опять-таки, будет в этой части сложнее его, как и любых современных суперкорпрораций. Но об отмирании государства и замене некоторых его механизмов (другие просто становятся ненужными) на общественные надо рассуждать и писать отдельно.

Возникает интересный вопрос - а что будет после? Ответа на него у меня нет - сложно представлять не следующую за существующей ОЭФ, а, так сказать, через одну. Возможно, что коммунизм станет еще одним качественным переходом, последней ОЭФ, после наступления которой откроется новый, следующий уровень развития сложности. Помнится, Маркс писал, что "...буржуазной общественной формацией завершается предыстория человеческого общества". Настоящая история разумного существования человечества, которая будет писаться среди миллиардов звезд? Сверхцивилизация? Может быть...
Tags: мысли вслух, общество
Subscribe

  • И опять про либертарианцев в море...

    Про историю с круизным лайнером, названным "Сатоши", я уже писал, но не так давно появился перевод статьи из The Guardian, " Катастрофическое…

  • Грибы безумия

    "Чем-то этот пейзаж напоминал странные, тревожные азиатские полотна Николая Рериха и даже еще более странное и тревожное описание зловещего…

  • Немножно про контракт и отказ от него

    Одна мысль давно уже бродила у меня в голове и, увидев в ленте айнрэндовское определение свободы: "Ни о чем не просить. Ни на что не надеяться.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 37 comments

  • И опять про либертарианцев в море...

    Про историю с круизным лайнером, названным "Сатоши", я уже писал, но не так давно появился перевод статьи из The Guardian, " Катастрофическое…

  • Грибы безумия

    "Чем-то этот пейзаж напоминал странные, тревожные азиатские полотна Николая Рериха и даже еще более странное и тревожное описание зловещего…

  • Немножно про контракт и отказ от него

    Одна мысль давно уже бродила у меня в голове и, увидев в ленте айнрэндовское определение свободы: "Ни о чем не просить. Ни на что не надеяться.…